Глава 16. Расплата

        25 Март 2018

ОбложкаК сожалению, едва первые солнечные лучи проникли в спальню, наша любовная идиллия была нарушена самым бесцеремонным образом. А именно – сразу два магических Вестника влетели в открытое окно и, хлопая крыльями, плюхнулись на нашу постель.

— Что это?! – удивился Самир, глядя, как оба полупрозрачных птаха, деловито курлыкая, взбираются ко мне на колени.

— Дружеская консультация, — изъяв доставленные письма, я небрежным жестом развеяла крылатых посланников. – Помнишь, я рассказывала, что просила помощи у подруги и знакомого профессора из Коббе-Ренвина? Видимо, это ответы.

— Того самого профессора, что так нравится тебе? – тут же ревниво прищурился муж.

— Нравился, — спокойно поправила я, стараясь не улыбнуться. – И – да. Это он, тот самый профессор, что предсказал мне такую удивительную судьбу… Хороший специалист в своей области, между прочим. Иначе я бы к нему не обратилась.

Мнение Самира о данном специалисте явно отличалось от моего. По крайней мере, половину эпитетов, произнесенных тихим сердитым шепотом, я не поняла и, пожав плечами, с надеждой углубилась в чтение. Увы, новости были неутешительными! Оба корреспондента в один голос сообщали, что единственный способ избавиться от первичного демона – это дать ему то, чего он хочет. Бездна! Ну и как же заставить это глазастое нечто захотеть что-нибудь другое?!

В довершение ко всему, едва мы успели подняться с постели и немного привести себя в порядок, в спальню бесшумно проскользнул Рахим и сообщил, что имперский советник Гаданфар-бей прибыл с визитом к наследнику Азура и его сахиб.

Мудрости советнику Гаданфару было не занимать. Чувствуя себя после последнего визита в Иглис-Дакхалл не самым желанным гостем здесь, тот повел себя с шахтияром крайне дипломатично. Извинившись за прошлое недоразумение, он сначала коротко ввел моего мужа в курс дела и лишь после этого попросил разрешения побеседовать лично со мной. Надо отдать должное и Самиру, тот не стал противиться разговору, хоть и настоял на своем обязательном присутствии.

— Ферхи-сахиб! Я позволил себе прийти сюда сегодня, чтобы напомнить тебе о незаконченном деле, — обратился, наконец, Гаданфар прямо ко мне. – Надеюсь, ты уже отдохнула? Не хочу показаться нетерпеливым, но, боюсь, мое доверие к слову Джангир-бея не безгранично. Если мы промедлим с задуманным, он вполне может изменить решение или того хуже – покинуть фидаят, и тогда нам придется все начинать сначала.

— Ты прав, Гаданфар-бей. Не стоит затягивать с решением проблемы, — согласилась я. – Мне уже гораздо лучше, и мы можем встретиться с Джангир-беем прямо сейчас.

— Я иду с вами! – тут же заявил Самир, на что имперский советник крайне вежливо, но твердо покачал головой.

— Прости, Самир-харембей, но я вынужден просить тебя этого не делать. Раид Джангир считает твою жену простой хиби, а твое присутствие может разрушить оказанное ей доверие. Со своей стороны я, Гаданфар-бей, обещаю в случае необходимости защитить сахиб шейршахита ценой собственной жизни.

Эти слова, сказанные советником без тени улыбки, заставили Самира нахмуриться. Было видно, что муж очень не хочет отпускать меня одну, но в конце концов ему все же удалось себя пересилить.

— Что ж, хорошо… Идите… И да хранит вас обоих Шьямалал!

 

 

Опасения Гаданфар-бея оказались напрасны. Раскаявшийся колдун вовсе не собирался отказываться от своего слова. Более того, едва мы выехали из миджарского фидаята, как он сам открыл портал к лесу – и вот, наконец, мы втроем оказались на опушке Хеллиджер-Аги.

В этот раз не было даже ставших уже привычными арифов-охранников – только я, имперский советник и Джангир-бей. Лес бесстрастно шелестел листвой, глядя на нас темными провалами меж стволов, а я задумчиво смотрела на лес. Как же суметь снова попасть в логово демона, да теперь еще и вместе с Джангир-беем? Неужели опять придется кричать и звать хаосита, как в прошлый раз? Или демон сам догадается, что мы здесь? В конце концов, это ведь он просил найти колдуна…

Пока я раздумывала над этим вопросом, Джангир-бей успел спешиться и, оставив коня, зашагал к молчаливому частоколу деревьев. Мы с советником, коротко переглянувшись, поспешили последовать за ним. Уж не знаю, о чем думал Гаданфар-бей, а меня не отпускало странное внутреннее напряжение – одновременно предвкушение и трепет от того, что нам предстояло сделать. Как воспримет хаосит дурные вести? Сможем ли мы как-то договориться? В любом случае, еще совсем немного – и все станет ясно.

На краю леса Джангир-бей остановился, молча вглядываясь в густую тень зарослей. Глядя на него, я поймала себя вдруг на мысли, что вот так, в профиль, он мне очень кого-то напоминает. Кого-то молодого… Но кого? Самого себя из видения? Отогнав неуместные сейчас мысли, я уже открыла рот, чтобы окликнуть раида и сказать, что, наверное, демона придется как-то позвать. Но колдун вдруг вздохнул, коротко кивнул каким-то собственным мыслям и тихо произнес:

— Я здесь.

Вот так. Просто и без лишнего пафоса.

Тотчас же возникло знакомое ощущение растяжения пространства и времени, потом мгновенное сжатие – и вот мы уже стоим на краю арены. Причем все втроем. Я, нахмурившись, искоса глянула на Гаданфар-бея. Брать его с собой в логово демона в мои планы изначально как-то не входило. Сам же советник в это время ошеломленно оглядывался вокруг.

— Шьямалал, святые скрижали и сила пророков!..

Да уж, посмотреть тут действительно было на что. Пышные стройные пирамидальные деревья с белоснежной листвой, чем-то похожие на заснеженные сосны с темно-синими стволами, окружали поляну, покрытую мелкой агатовой крошкой. Тут и там черное блестящее покрытие оживлялось яркими рубиновыми зарослями разлапистой травы, издали похожей на папоротник с подвижными живыми спиральками на концах стеблей. Эти спиральки то и дело распрямлялись и скручивались, словно пытаясь поймать на лету порхающих над ними… хм, назовем их бабочками. Просто допустим на минутку, что где-то существуют бабочки с шестью парами пестрых кислотно-ярких крыльев разной длины и формы.

— Странно, — тихо пробормотала я, озираясь по сторонам. – В прошлый раз здесь все выглядело совсем иначе.

Единственное, что на первый взгляд оставалось неизменным, это дыра в центре арены. Хотя сейчас я уже сомневалась, что, решившись заглянуть туда, снова увижу все то же, что и при первом посещении этого безумного места.

— Ты уже была здесь, хиби? – удивленно нахмурился Джангир-бей, услышав меня.

Обернувшись, я наткнулась на исполненный внезапного подозрения взгляд колдуна. Гаданфар-бей, заметив это, тоже заставил себя отвлечься от созерцания окрестностей и плавно придвинулся ближе ко мне. Это движение не укрылось от взгляда раида. По его настороженному лицу скользнула недобрая тень.

Отпираться было явно поздно.

— Да, Джангир-бей, я действительно была здесь раньше. Потому-то и отправилась искать тебя.

— Значит, ты не жрица, хатум?! Но… кто же ты такая, если тебя защищает сам имперский советник?!

— Я – Ферхи, сахиб наследника Азура, шахтияра Аман-Самира, нового правителя провинции Седжвант. Я пришла сюда, чтобы попытаться спасти народ Седжванта. И для этого мне нужна твоя помощь, раид.

Несколько минут Джангир-бей мрачно рассматривал меня, словно сосредоточенно размышляя о чем-то.

— Твои волосы, хатум-бай… Это тоже подделка? – в конце концов хмуро спросил он.

— Нет, раид, — я невольно улыбнулась, машинально коснувшись косы, перекинутой через плечо. – Волосы настоящие.

Как ни странно, взгляд колдуна при этих словах немного смягчился. Он еще с минуту молчал, а потом философски вздохнул.

— Как легко я попался в твою ловушку, хатум-бай. Мне бы стоило рассердиться за этот обман, но… я не могу. Кто бы мог подумать? Всего лишь рыжие волосы, а я сразу же открыл тебе душу… Видно, моя совесть уже давно ждала возможности сбросить с себя это бремя.

Отвернувшись, он медленно шагнул вперед, к провалу посреди арены.

— Что ж, идем, хатум-бай! Раз уж ты решилась на такое ради народа Седжванта, значит, ты – смелая женщина. Давай же закончим начатое.

Я поспешно подобрала подол балахона хиби и двинулась за ним к яме, краем глаза отметив, что советник неотступно следует за мной.

В глубине провала по-прежнему вращался огромный глаз с вертикальным зрачком. Правда, сегодня он был красивого нежно-фиолетового цвета.

— Почему все так изменилось? – тихо спросила я, словно ожидая, что кто-то ответит на мой вопрос.

— Потому что у хаоса и его порождений нет постоянной формы, — действительно ответил мне Джангир-бей, тоже пристально глядя в провал. – Все находится в постоянном движении, в постоянном изменении… Есть лишь одна неизменная вещь, отражающая суть всей его демонической природы.

— И что же это?

— Тьма, — последовал краткий ответ. – Тьма изначальная. Вот она-то в этом хаосе и есть настоящее зло.

Я невольно метнула взгляд к краю арены. Там, за стволами белоснежных деревьев, как и в прошлый раз клубились неясные чернильные сгустки. Тени… Тьма? Словно заметив мой взгляд, они тут же торопливо спрятались за синие стволы, а у меня от этого вполне осмысленного действия против воли зашевелились волосы на затылке.

Из провала тем временем выплыл круглый сиреневый глаз.

Ты пришел.

— Да, — спокойно подтвердил Джангир-бей, глядя в бесстрастное око, лишенное век. – Я пришел.

Где моя награда?

— Прости. У меня ее нет. За все эти годы у меня так и не было детей.

Глаз недобро уставился на раида и подплыл ближе.

 Ложь. Отдай мне своего потомка.

— Это правда. В мире нет никого, в ком еще текла бы моя кровь.

Это ложь! – впервые в бесстрастном голосе хаосита прорезались эмоции, и сейчас это явно был гнев. – Дай мне кровь твоего потомка!

— Ее нет! – рыкнул в ответ колдун, одновременно отталкивая меня от провала. Уловив намек, я начала торопливо пятиться назад, не спуская глаз с угрожающе темнеющего сиреневого ока. – Если так хочешь крови, то можешь забрать мою!

Ты и так мой, – не купился на это демон. – Кровь потомка! Дай ее мне! Дай!

Из провала тонкими дымными струйками заклубилась чернильная тьма, постепенно увеличиваясь в размерах и уплотняясь. На агатовой крошке я не сразу ее заметила, но, увидев, как отпрянул от ямы Джангир-бей, разглядела внизу змеящиеся черные  щупальца.

— Гаданфар-бей! Назад! – крикнула советнику. И сама, развернувшись, бросилась к краю арены.

Дай!!!

Позади полыхнула багровая вспышка, заставив оглянуться. Над черным агатовым полем растянулся сияющий алый Щит. Ого!.. Ну и мощность! Я бы так не смогла!

— Бегите! – Джангир-бей развернулся и тоже последовал за нами.

Черные щупальца тьмы на мгновение отдернулись, наткнувшись на алое марево, поскреблись по преграде, словно пробуя ее на прочность. А потом вдруг вонзились и начали медленно продавливать, вгрызаться в нее, прорывая колдовскую защиту, словно бумажную ширму…

— Проклятье! – вырвалось у Гаданфар-бея, который, как и я, замедлив ход, наблюдал за происходящим.

Первое щупальце пронзило защиту насквозь и с шипением устремилось вслед за бегущим колдуном. Бездна! Как же далеко эти штуки способны дотянуться?

— Беги, сахиб! Беги!!! – резкий окрик советника вывел меня из ступора.

И я побежала.

Судя по звукам, позади меня топотал тяжелыми армейскими сапогами раид. Мы достигли края поляны и, не сбавляя хода, нырнули под сень белоснежных деревьев. Черные тени пытались было нас задержать, но, взвинченная до предела, я на взводе шарахнула по ним таким разрядом энергии, что истратила почти половину резерва, зато тени разлетелись на несколько саженей вокруг, открывая дорогу в лес.

Эх, знать бы только, куда бежать!

Совсем рядом вдруг раздался сдавленный вскрик и шум. Оглянувшись, я увидела, что Гаданфар-бей упал и теперь пытается освободиться от черного щупальца, обхватившего голенище его сапога. Ноги сами невольно замедлили бег, пальцы сложились в атакующий пасс, собирая остатки резерва… Но советник, не мудрствуя, попросту вырвал ногу из сапога, оставив его в объятьях чернильного монстра, вскочил и помчался дальше босиком.

Впереди замаячила граница логова демона. За ее пределами темнели почти нормальные силуэты почти обычных деревьев… Ободрившись, я на миг обернулась, чтобы сообщить об этом своим спутникам.

В этот момент длинная черная тень хищно метнулась к бегущему позади меня Джангир-бею. Послышался короткий леденящий душу хруст, липкий и влажный, переходящий в хриплое бульканье. Я увидела, как пронзившее спину колдуна щупальце, извиваясь, показалось спереди из-под развороченных окровавленных ребер. На лице раида успело мелькнуть удивление…

А в следующую секунду я пронзительно завизжала и рванула вперед с такой скоростью, что сумела одним махом обогнать Гаданфар-бея шагов на десять. И нет, мне вовсе не было стыдно за свой страх! Кто сказал, что боевые маги обязаны равнодушно смотреть в лицо смерти? Личный опыт подсказывал, что смотреть ей в лицо лучше с как можно большего расстояния. И для этого стоило прибавить ходу. Не известно еще, как далеко собираются преследовать нас эти проклятые выплески тьмы.

Это была самая сумасшедшая гонка в моей жизни! Мы мчались по лесу, не разбирая дороги, перепрыгивая через бугристые корни, уворачиваясь от узловатых веток. Мрачные кривые деревья с острыми сучьями, словно живые, тянули к нам свои цепкие пальцы, царапали лица, путались в волосах, хватали за одежду. А за нами по пятам все тянулись и змеились эти жуткие длинные тени… Я буквально чувствовала затылком их холодное злое присутствие, слышала хищный скользящий шелест за спиной. Если бы только можно было открыть телепорт, чтобы выбраться из этой проклятой чащи! Но кровожадные щупальца не давали нам ни единой секунды покоя, чтобы успеть прочесть заклинание.

— Что тебе нужно от нас?! – крикнула я на бегу, не оборачиваясь. – Ты ведь просил привести тебе колдуна, ты его получил! Больше я тебе ничего не должна!

— Мне нужна кровь потомка! Дай ее мне!

— Чокнутый демон! – злость немного прибавила мне сил, хотя дыхания уже почти не оставалось. – От меня ты ее точно не получишь! Катись в бездну!

— Берегись!!! – резкий окрик поравнявшегося со мной Гаданфар-бея заставил вздрогнуть.

Я почувствовала сзади резкий рывок. А в следующую секунду советник, не сбавляя шага, наклонился и, вздернув подол моего балахона, сорвал его с меня через голову и отшвырнул назад. Мне оставалось только порадоваться тому, что утро сегодня выдалось прохладным, и платье хиби я надела прямо поверх обычной одежды. Мельком оглянулась – и увидела, как сразу несколько черных щупалец, вцепившись в него, разрывают несчастную тряпку на части.

— Телепорт! – рявкнул Гаданфар, на бегу оборачиваясь к нашим преследователям. Алое марево сорвалось с его пальцев, выплетая перед теми мерцающий алый Щит. Не такой мощный, как у Джангир-бея, конечно, но на пару секунд сойдет. Ровно столько мне и нужно было, чтоб успеть открыть телепорт.

Мы шагнули в распахнувшийся черный провал, когда щит разлетелся вдребезги, позволяя щупальцам вновь устремиться за нами. Я поспешно захлопнула ход, но одно щупальце все же успело просочиться следом. Зря! Наткнувшись на мой боевой импульс, оно тут же опало и развеялось без следа. Даже не верится, что подобная штука могла запросто проткнуть кого-то насквозь… Брр-р!

Неподалеку от места нашего выхода по-прежнему мирно паслись все три лошади. При виде жеребца Джангир-бея я почувствовала, как внутри все невольно сжимается. После недавней гонки больше всего хотелось сейчас рухнуть плашмя на траву и хорошенько отдышаться, однако расслабляться было еще рано. Лес больше не казался спокойным и равнодушным, как прежде. В глубине зарослей слышались скрипы и шорохи, тени, раскинувшиеся по земле, чуть заметно вытягивались и колебались, будто от ветра… В бездну такой отдых, короче говоря.

Отпустив коня Джангир-бея на все четыре стороны, мы с советником вскочили на своих лошадей и помчались в сторону Иглис-Дакхалл. Где-то на расстоянии полутора лидов от Хеллиджер-Аги последние проявления демонического присутствия наконец-то исчезли, однако всю обратную дорогу до дома меня ощутимо потряхивало. Очень может быть, что Гаданфар-бея тоже, но тот держался невозмутимо и лишь мрачно отмалчивался, сосредоточенно о чем-то размышляя. Оставшаяся без сапога израненная нога чародея щедро кровоточила, оставляя на траве позади лошади влажные бурые пятна. А мои мысли все еще то и дело возвращались к Джангир-бею. Не могу сказать, что в глубине души не предполагала, что возможен подобный исход, но… За короткое время нашего знакомства этой совестливый черный маг чем-то успел мне понравиться. И вообще, не умею я пока спокойно относиться к чужим смертям. Надеюсь, и не придется учиться.

— Пригласи меня в гости, сахиб, — отвлекая от мрачных дум, неожиданно произнес имперский советник, когда впереди уже показались белые стены Соколиного Гнезда. – На пару дней… Думаю, этого будет достаточно.

Я обеспокоенно глянула на него.

— Тебе плохо, Гаданфар-бей? Потерял много крови? Подожди немного, мы уже почти на месте. Латийя-бано одна из лучших целителей, она сможет…

— Все в порядке, сахиб, — перебил меня советник, поворачиваясь и устремляя на меня серьезный взгляд. – Это всего лишь царапины. Я здоров и всего лишь прошу тебя о толике гостеприимства. Неужели ты настолько черства, что откажешь мне в ужине и ночлеге?

Подозрительно уставившись на него, я задумчиво сдвинула брови. Гаданфар не из тех, кто бы стал так навязчиво набиваться в гости, не имея на то причин. Либо ему действительно хуже, чем он говорит, либо…

— Гаданфар-бей, думаешь, демон может попытаться напасть на Иглис-Дакхалл?

— То есть в мое искреннее желание погостить ты не веришь, хатум-бай? – усмехнулся тот.

И, немного помолчав, серьезно кивнул.

— Это просто мера предосторожности, сахиб. На всякий случай. До сих пор демон еще ни разу по-настоящему не дотягивался до дворца, но… Что-то же тревожило твой охранный контур, помнишь? Что, если гнев заставит его на этот раз переступить границы? Я хочу поставить еще один контур вокруг твоего дома и проследить за тем, чтобы никто его не нарушал. Ты ведь не против?

— Нет, конечно, но почему ты это делаешь, Гаданфар-бей? – мягко спросила я, склоняя голову набок. – Разумеется, это очень великодушно с твоей стороны, но почему ты помогаешь дому наследника? Вы ведь с ним даже не друзья.

— Кто сказал, что я делаю это ради него? – на губах азурийца мелькнула тонкая улыбка. Похоже, он уже вполне пришел в себя. – Я всего лишь хочу защитить то, что нравится лично мне.

Его пристальный взгляд, устремленный на меня, не оставил сомнений в том, что именно он имеет в виду.

— Гаданфар-хафизбей… — прикусив губу, я слегка сдвинула брови, раздумывая, как бы поделикатнее ему все объяснить. – Я действительно очень ценю твое хорошее отношение, но, пойми, для меня Самир…

— Знаю, – перебил меня мужчина, продолжая спокойно улыбаться. – Как и ты для него, сахиб. Впрочем, думаю, ты и сама это уже знаешь. Я понял все еще утром, когда увидел твои сияющие глаза.

— Тогда… – вопросительно умолкнув, я опять подняла взгляд на советника.

— Давай будем считать, что я просто не хочу повторения старой истории, — в улыбающихся глазах советника на мгновение мелькнула грустная тень. – Пусть строптивые и любимые жены остаются такими как можно дольше, живые и здоровые… Ну а я могу рассчитывать хотя бы на чашку чая в твоем доме, негостеприимная женщина?!

— Разумеется! — улыбнулась я, чувствуя, как недавнее потрясение постепенно отступает. – У тебя будет столько чая, сколько захочешь, Гаданфар-бей. Река близко, можешь хоть всю выпить!

 

 

Разумеется, последнее слово в вопросах гостеприимства по-прежнему оставалось за Самиром. Но Гаданфар-бей не был бы имперским советником, если бы не умел убеждать людей в собственной правоте. Так что, несмотря на явное отсутствие энтузиазма со стороны хозяина дома, Гаданфару в итоге удалось убедить того пригласить себя в гости на пару дней.

И первое, что он сделал, приведя себя в порядок и подкрепившись, это отправился устанавливать еще один защитный контур вокруг Иглис-Дакхалл, прихватив меня с собой. Я видела, как Самир издали зорко наблюдал за нами обоими, хмурился, глядя, как мы выстраиваем вокруг дворца еще одну линию защиты, но вопросов пока не задавал. И лишь ночью, оставшись наедине со мной в своей спальне, наконец-то устроил настоящий допрос с пристрастием. Я, конечно же, как могла, рассказала ему о произошедшем, опустив самые жуткие моменты, но Самиру хватило и этого.

— Никогда больше… слышишь?!.. никогда больше не смей приближаться к этому проклятому лесу! – он в сердцах сгреб меня в охапку и прижал к груди, все еще безотчетно хмуря брови под впечатлением от моего рассказа. – А иначе, клянусь, я сам лично выпорю тебя, сахиб!

— Да я и сама больше ни за какие коврижки к нему близко не подойду, – я невольно поежилась, устраиваясь поудобнее в его руках. – Этот упрямый демон, похоже, просто свихнулся, сидя в своем жутком лесу! Или Джангир-бей все же ошибся по поводу отсутствия потомков… В любом случае, найти их теперь, после его гибели, будет невозможно. Боюсь, мы больше ничего не сможем сделать.

— И не нужно, — все еще не выпуская меня из объятий, Самир наощупь нашел мои губы своими, отвлекая от невеселых мыслей. – Я готов рисковать многим ради мира и процветания Седжванта, но только не твоей жизнью, душа моя… Ты – единственное, чем я по-настоящему дорожу в этом мире… Обещай, что никогда не заставишь мне потерять тебя!

— Обещаю, — прошептала я, с жаром отвечая на его поцелуй.

Вскоре нежные касания сменились настойчивыми смелыми ласками, заставляя забыть обо всем на свете. Его губы обжигали кожу, скользя по моему лицу, шее, груди, спускаясь ниже, а потом вновь возвращаясь к губам, чтобы ловить каждый вздох, каждый прерывистый стон, которые я не могла сдержать, выгибаясь навстречу дразнящим и будоражащим движениям его рук. Все ужасы прошедшего дня растворились, становясь далекими и нереальными, оставляя место лишь чувственным жарким поцелуям, пьянящим прикосновениям и страстному неистовому сплетению тел в попытке стать единым целым. Я шептала в полумраке его имя, запуская пальцы в густые черные волосы, и сквозь сладостный туман слышала, как в ответ он нежно шепчет мое:

— Лиона… Лиона, любовь моя…

И от звуков этого тихого голоса мне хотелось раствориться в нем без остатка.

На следующее утро мы с Самиром впервые за несколько дней вновь оказались за одним столом вместе с остальными обитательницами гарема. Гаданфар-бей, мудро решив не мозолить лишний раз глаза хозяину дома, предпочел завтракать в своих покоях. Стоит ли говорить, что за столом перемены в настроении наследника Азура заметили все. Даже въедливая Зафира, прежде недовольная хмурым видом шахтияра, теперь с не меньшим недоумением наблюдала за тем, как тот счастливо улыбается, благосклонно беседует с воспрянувшими духом бано и бросает на меня через стол лучащиеся теплом взгляды. Мне же оставалось лишь смущенно отвечать на его улыбки, вспоминая прошедшую ночь, и застенчиво опускать глаза в тарелку.

— Бастион пал, – коротко прокомментировала на всеобщем Дамира, задумчиво глядя на меня.

Лати поддержала ее тихим смешком и скосила в мою сторону хитрый взгляд, заставивший порозоветь.

— А я знала. Рано или поздно это должно было произойти. Она всегда была неравнодушна к азурским мужчинам…

— Ой, да ладно вам! – шепотом возмутилась я, тоже переходя на всеобщий и укоризненно переводя взгляд с одного улыбающегося лица на другое. – Сами-то хороши… Вы ведь первые это сделали!

— Сделали что?

— Прыгнули в его постель, — еле слышно прошипела я, чувствуя себя крайне неловко под их взглядами.

— Мы?! – удивленно переглянулись жемчужины.

Я увидела, как Дамира и Латийя с абсолютно невинным видом недоуменно пожимают плечами.

— Кто тебе такое сказал?!

— Мы, вообще-то, девушки порядочные, договор соблюдаем!

— Эй, вы же сами… — начала было я возмущенно. И осеклась.

А ведь верно! Ни одна из них ничего подобного прямо не говорила. Да и я вопросов «в лоб» не задавала – просто поверила тому, что сказал мне тогда…

Самир!

Преисполненная праведного возмущения, я сердито уставилась на другой конец стола. Шахтияр спокойно встретил мой взгляд и, неторопливо разломив хлеб, ласково улыбнулся.

— Ты прекрасна, даже когда гневаешься, душа моя, — проникновенно произнес на всеобщем, глядя на меня сияющими нежностью глазами. И подмигнул.

Вот же совершенно невозможный тип! Ну как?! Вот как, скажите на милость, можно… на него сердиться?

Хм, но о чем же тогда говорили в тот раз мои подруги?

 

 

Вопреки недобрым предчувствиям Гаданфар-бея никакой атаки демона на Иглис-Дакхалл в последующие два дня так и не последовало. Нет, нельзя сказать, что тот забыл о нашем существовании – оба защитных контура регулярно сигналили, что непрошенное нечто пытается проникнуть на территорию дворца, но… То ли расстояние для хаосита было великовато, то ли двойной контур оказался неожиданно эффективным, но дальше этих невнятных касаний дело не шло. Убедившись в конце концов, что Иглис-Дакхалл в безопасности, вечером второго дня имперский советник простился с нами и отбыл домой, в Девалет. Ну а я, очутившись снова в спальне со своим мужем, устроила тому форменный допрос с пристрастием по поводу учиненного обмана.

— Ну? И зачем ты мне солгал насчет Лати и Дамиры? Почему сказал, что они нарушили договор?

— А сама не догадываешься? – он лукаво сощурился, словно огромный нашкодивший кот. – Конечно же, надеялся, что ты последуешь их примеру…

— Ну ты и фрукт! – я, не сдержавшись, фыркнула. – Что за странный способ соблазнять женщину?!

— Ты права, — покаянно вздохнул он, подумав. – Совершенно растерял сноровку.

— Ну и чем же вы тогда занимались по ночам, если не… Их ты тоже заставлял рассказывать тебе истории?

— Честно? – Самир усмехнулся. – Латийю я учил играть в шатранг. Хорошая, кстати, игра. Могу и тебя научить.

— Я умею, — рассеянно ответила я. – У нас тоже в нее играют, только называют по-другому… Но я ни разу не видела у тебя ни игральной доски, ни фигур!

— Латийя всегда уносит их с собой. Думаю, понемногу тренируется на досуге с Дамирой.

— С ней ты тоже играл?

— Нет. С Дамирой мы по ночам уходили на задний двор и отрабатывали там боевые приемы. Знаешь, она действительно хороший воин, а временами еще и неплохой учитель. За последнее время наши с ней воинские навыки взаимно обогатились и улучшились. Думаю, ты и сама недавно смогла это оценить.

— Хм, и что же… ты даже ни разу не пытался… — в моем голосе против воли скользнули ревнивые нотки.

— Нет, айджаным, — уловив их, Самир усмехнулся и ласково потрепал меня по голове. – Не тревожься. Ни твои подруги, ни я в этом плане совершенно друг друга не интересуем.

— Это еще почему? – удивленно моргнула я.

Нет, не то чтобы меня это огорчило, но… Трудно поверить, что другие женщины в гареме могут не замечать привлекательности Самира. Да, конечно, репутация у него как у колдуна не самая лучшая, но глаза-то у них есть?! Впрочем, с азурских бано спрос всегда был невелик. Те изначально были сосредоточены лишь на выгодах, которые сулил брак с наследником империи. Но Лати и Дамира? Не слепые же они, в самом-то деле?

— Все очень просто, моя неискушенная Ферхи, — он рассмеялся и шутливо чмокнул меня в нос. – Обе твои подруги – ассари. Хм, не знаю, как это на всеобщем… Но я понял все сразу, едва лишь увидев Дамиру. Несмотря на миловидную внешность, в ней слишком сильно развито мужское начало. А вот твоя подруга – полная ее противоположность. За ней пришлось изрядно понаблюдать, но в итоге мои догадки тоже оказались верны.

— Постой-ка, – я растерянно нахмурилась. – Но ведь «ассари» это…

— Верно, — спокойно кивнул он. – Здесь, в азурских гаремах, такое частенько встречается. Некоторые их осуждают, но лично я не испытываю к ним неприязни. Наоборот, я даже немного рад, что эти двое нашли друг друга. Каждому нужен кто-то для любви.

С этими словами он потянулся ко мне и с улыбкой накрыл мои губы своими в долгом нежном поцелуе. Я рассеянно ответила ему, чувствуя себя ошарашенной и изрядно сбитой с толку. Ай да Лиона! Ай да растяпа, ничего вокруг не замечала… Вот, оказывается, о чем тогда, краснея, говорили мне девушки! А я и не поняла…

Впрочем, личная жизнь подруг очень быстро перестала меня занимать. Трудно думать о чем-то, когда тебя так целуют. Губы Самира становились все настойчивее и требовательнее, руки скользнули под тонкую ткань безрукавки, заставляя прерывисто выдохнуть и податься вперед в сладостном предвкушении. Позабыв обо всем на свете, я с упоением погрузилась в чувственную истому ласк, отдалась во власть чутких и нежных пальцев – и даже не заметила, как полностью лишилась одежды. Муж легко подхватил меня на руки и прижал к себе, заставляя почувствовать жар твердого мужского тела. В два шага одолев расстояние до кровати, как пушинку опустил на постель и навис надо мной, все еще не прерывая долгого жаркого поцелуя. Черные волосы шелковым водопадом упали с широких плеч, рассыпаясь по подушкам и смешиваясь с разметавшимися там же рыжими прядями. Оторвавшись от моего рта, губы Самира медленно двинулись ниже, постепенно сменяя поцелуи не менее жаркими ласками, такими откровенными и бесстыдными, что я лишь краснела и смущенно закрывала глаза, но даже не думала заикнуться о том, чтобы их прекратить. Сердце исступленно колотилось в груди, сбивчивое дыхание вырывалось из горла тихими тонкими всхлипами. Пальцы, подрагивая, путались в длинных волосах, ногти впивались в широкие смуглые плечи… А Самир все продолжал безостановочно ласкать мое тело губами и руками, добираясь до самых укромных и тайных его уголков, распаляя внутри жгучее пламя желания, открывая мне все новые и новые грани чувственного наслаждения… Наше прерывистое дыхание в конце концов слилось в одну общую страстную неистовую мелодию, повторяющую ритм наших движений. И я уже не просто пылала – я сгорала в огне этих пронзительных, безумных, острых ощущений.

— Да… Самир… Да…

Боги, неужели этот хриплый срывающийся голос – мой собственный?! Мысли растворились, вытесненные шквалом эмоций. Кажется, целую вечность спустя я услышала собственный тихий вскрик и вторящий ему низкий глухой стон. Сильные руки еще раз судорожно сжали меня в объятиях, кожи коснулся долгий протяжный вздох. Самир медленно поднял голову, глядя на меня сверху вниз чуть затуманенным синим взглядом.

— Я люблю тебя, — с нежностью прошептала, глядя на мужа и все еще ощущая в груди отголоски недавнего безумного сердцебиения.

Он слегка отстранился, вглядываясь мне в лицо, и в его глазах вспыхнула искренняя чуть удивленная радость.

— Небеса… — выдохнул негромко. – Ты впервые сама мне это говоришь, айджаным! – и, погладив по щеке, ласково провел большим пальцем по моим чуть припухшим губам. – Если бы ты знала, как долго я ждал этих слов… Твоих слов.

— Ну не так уж и долго, – возразила я, чуть смущенно улыбаясь в ответ. – Всего-то несколько месяцев…

— Нет, родная, — он коснулся меня поцелуем, а потом снова обнял и прижался щекой к моим волосам. – Много долгих, очень долгих лет.

 

 

После отъезда Гаданфар-бея жизнь во дворце постепенно вернулась в обычное русло.

Вернее, почти обычное. Уж не знаю, может, демону оказалось и не под силу «по-взрослому» дотянуться до Соколиного Гнезда, но, по-видимому, страсть как хотелось! Очень скоро во дворце начали происходить разные мелкие странности. Поначалу девушки-прислужницы стали шептаться, будто по ночам в пустых коридорах слышатся тихие шепотки и голоса, словно кто-то кого-то зовет. Из-за этого ночью в коридор теперь выгнать кого-нибудь из слуг можно было разве что угрозами. А потом на еще недавно белоснежных стенах Иглис-Дакхалл стали проявляться странные черные пятна.

Плесень… Так мы окрестили это нечто. Хотя, конечно, плесенью оно не было. Больше всего пятна напоминали кривобокую несимметричную паутину, состоящую из тонких прожилок и черных изломанных линий. Никакие чистящие средства, никакие бытовые заклинания их не брали – эти штуки, казалось, проступали изнутри прямо из толщи камня. Поначалу пятна были совсем маленькими и незаметными, но с каждым днем становились все больше и больше, расползаясь по стенам тонкими черными щупальцами и создавая на них странный ветвистый рисунок, по словам Латийи, издали похожий на кровеносную систему огромного животного. Выглядело это, мягко говоря, несимпатично.

Впрочем, даже в магическом зрении странная черная «плесень» не выглядела опасной, хоть и заставляла обитателей дворца нервничать и беспокоиться. Сам же демон по-прежнему продолжал бездействовать. Нет, он все еще заставлял меня то и дело подскакивать, методично дергая за сигнальные нити охранного контура… но и только. В конце концов мы стали надеяться, что ему скоро надоест нас донимать, и он успокоится сам.

— Нельзя показывать этой твари, что ее выходки нас задевают, — твердо сказал Самир, разглядывая сетчатый черный узор на стене коридора женской половины дворца. Странное дело, именно здесь, на втором этаже, жуткая паутина почему-то разрослась больше всего. – Это как на войне – стоит только поддаться страху и все, ты уже проиграл. Делайте вид, будто просто не видите этой пакости… Хотя лучше бы, конечно, как-то ее извести. Слишком уж слуги нервничают из-за этой дряни.

Как ни странно, а решить проблему с мерзкой ветвистой «росписью» на стенах в итоге нам помогла Найраан. Флегматичная вендийка предложила простой, но весьма остроумный способ – скрыть зловещую сеть прожилок под настоящей узорной росписью в черно-красных тонах, под которой все эти демонические «художества» станут попросту не видны. Она даже продемонстрировала нам свои рисунки с множеством растительных узоров и орнаментов в вендийском стиле, которые рисовала на досуге. Надо же, никто в гареме и не подозревал, что Найраан увлекается рисованием, да еще и обладает в этой области настоящим талантом! Стоит ли говорить, что ее предложение было единодушно одобрено. Самир даже пообещал лично привезти все необходимые краски и материалы, которые могут ей понадобиться – и уже через пару дней все необходимое было доставлено во дворец.

Алия вызвалась помогать художнице, и работа у них закипела. Вскоре обе девушки по-настоящему увлеклись новым занятием. Остальные с интересом следили за тем, как преображаются день за днем некогда белоснежные стены Иглис-Дакхалл. Ну а страхи, порожденные глупыми проделками демона, были на время забыты.

Никто из нас даже не догадывался тогда, что, скрывая под красками мрачные следы присутствия хаосита, мы оказываем сами себе очень плохую услугу.

 

 

 

        Рубрика: Оберег для наследника, Романы      

Предыдущий пост:     ←
Следующий пост:    

К записи "Глава 16. Расплата" оставлено 4 коммент.

  1. Евгения:

    Новая глава! 🙂

  2. Ирина:

    Евгения, спасибо за новую главу. Как бы сам демон не пересился во дворец.

  3. Galina53:

    ооох… тревожно после этой главы.
    спасибо! ждем…

Оставить свой комментарий

2018 © Просто Сказки от Евгении Витушко · Войти · Работает на WordPress

Goodwin

WP-Backgrounds Lite by InoPlugs Web Design and Juwelier Schönmann 1010 Wien